Ренат: Я мечтаю посадить дерево, построить дом и стать хорошим отцом для сына.

29.07.2019

Ренату 38 лет, в 2010 году он попал в СИЗО. Там, особо ничего не объясняя, у него взяли кровь на анализы. Через какое-то время ошарашили: «У вас ВИЧ-позитивный статус». За 9 лет, что прошли с того дня, Ренат достиг неопределяемой вирусной нагрузки, завязал с наркотиками и перевелся в колонию-поселение. По словам самого мужчины, если бы сотрудники Проекта по Противодействию ВИЧ не поддерживали его постоянно на протяжении всего этого времени, то такого успеха достичь было бы сложно, а скорее даже и невозможно. Сейчас главная мечта Рената – семья. «Если у меня родится сын, то назову его Олегом. В честь папы,» - мечтает мужчина.


Мне 38 лет, уже 9 из них я живу с ВИЧ-позитивным статусом. О моем диагнозе мне рассказали в СИЗО. А о том, что с ВИЧ можно жить полноценной жизнью я узнал гораздо позже – в 2017 году от Жени, равного консультанта проекта по противодействию ВИЧ.  Сейчас у меня неопределяемая вирусная нагрузка и страстное желание жить, быть мужем, отцом и просто счастливым человеком. Уверен, что все это не за горами.


Ради мамы

Когда я узнал, что у меня ВИЧ-позитивный статус, то захотел покончить с собой. Нет,  я не удивился – у меня огромный стаж употребления наркотиков, я прекрасно знал, что нахожусь в группе риска. Однако,  я был точно уверен, что жизнь моя на этом закончилась. Врачи в СИЗО предложили мне начать лечение, но о его эффективности, о том, что с ВИЧ можно жить хоть сколько угодно и абсолютно полноценно, о неопределяемой вирусной нагрузке со мной никто не говорил. От лечения я поэтому и отказался.

В колонии я сказал о своем статусе чуть ли не с первого дня – боялся, что от меня может кто-то заразиться. Не могу сказать, что кто-то изменил ко мне свое отношение после этого, да я и сам был в таком состоянии – мне было все равно. О статусе оставалось рассказать только семье: маме, папе, брату с сестрой. Вот с ними начать разговор было страшно. Они у меня самые лучшие, во всем всегда поддерживают, я боялся, что ВИЧ их от меня оттолкнет. Долго собирался с силами, потом выпил немного и выпалил как есть. Они все меня приняли, обняли, сказали, что справимся. Ради них, особенно ради мамы, мне впервые с того дня, как я получил свои анализы, захотелось жить.


Помощь равных самая ценная

В 2017 году к нам в колонию начал ездить Женя – равный консультант Проекта по Противодействию ВИЧ в AFEW-Кыргызстан. Он встретился со мной и сказал сразу прямо: «Вот смотри, я тоже был в колонии, тоже живу с ВИЧ, но умирать не собираюсь. У меня хорошая работа, меня уважают друзья, принимает супруга. У тебя тоже все будет – только начни пить лекарства и завязывай лучше с инъекционными наркотиками – переходи лучше на метадон. Я тебе помогу».

Жене я поверил, потому что он не пытался учить меня жизни, запугивать, навязывать, он был реальным человеком, со своим реальным опытом и с реально светящимися от счастья глазами. Он знал, что делает. В 2017 году я начал принимать лекарства.

С тех пор помощь Жени не прекращалась ни на день. Он говорил с врачами, помогал мне оформить документы для перевода в колонию-поселения, напоминал про анализы,  возил по больницам. За три года я ни разу не услышал от Жени «нет». За три года у меня были моменты, когда и терапию хотелось бросить, и к наркотикам снова вернуться. Надоедало мне постоянно себя контролировать, соблюдать режим. Но каждый раз, когда видел Женю,  я снова вспоминал, что делаю это все ради своего здоровья – ради мамы и будущей семьи.


Сына назову в честь отца

Сегодня у меня неопределяемая вирусная нагрузка. В декабре я планирую полностью освободиться и больше уже никогда не возвращаться в колонию. Сейчас мы с Женей начинаем готовиться к освобождению – говорим о нужных документах, придумываем, как мне искать работу. До колонии я работал на стройке, теперь же хочу устроиться водителем. Думаю, что самый лучший вариант в моем случае – взять бусик или камаз, так и зарабатывать себе на жизнь.

Жилье у меня есть, мама с папой скучают по мне, любят. Смотря на них, мне очень хочется создать свою семью – крепкую и любящую. Своей будущей супруге, конечно, тоже расскажу о своем ВИЧ-статусе. Я теперь сам точно знаю: «На ВИЧ жизнь не заканчивается, а только начинается, как произошло в моем случае», смогу в этом убедить и ее. Я мечтаю посадить дерево, построить дом и стать хорошим отцом для сына. Сына я, конечно, Олегом назову в честь отца.



Все новости